Содержание

ВРЕМЯ, ВЗЯТОЕ ВЗАЙМЫ…
Рассказы  -  Мистика

 Версия для печати

Затем приоткрыл его веко и карманным фонариком осветил глаз.  Юноша встрепенулся от неприятного ощущения, и доктор, выключив фонарь, отошел от него.  Поморгав несколько раз и избавившись от неприятного ощущения, Шэн недружелюбно посмотрел на незнакомца. 
     - Здравствуй, Ян Ли.  Я доктор Нома, отныне твоим лечением буду заниматься я. 
     Юноша ничего не ответил, и психиатр принял его молчание за неприязнь.  В тот день ему не удалось разговорить Шэна, да и в последующие дни тоже.  Ян отказался принимать пищу, ни с кем не разговаривал и днями напролет предавался размышлениям и сну, которые, впрочем, не принесли ему ни свободы, ни сил.  Чувство тоски по дому и родным мучительно сказывалось на его состоянии, и причиною всему происшедшему с ним была жестокость императора Циня Шихуанди. 
     На третий день голодовки упрямец сломился и согласился поесть.  Руки Яну не развязывали даже во время еды, и медсестра, приносившая пищу, сама накормила его.  Горячий куриный бульон и ломоть хлеба не понравились Шэну, но после продолжительного голодания он не стал говорить об их вкусе.  Медсестра заулыбалась, довольная тем, что ей наконец-то удалось накормить пациента.  Подумав, что у женщины, болтливой по природе, можно выведать многое, Шэн заговорил с ней. 
     Медсестра, по имени Кумико, была чуть старше той, с которой юноша познакомился по прибытии сюда.  На ней были такой же халат и шапочка, но внешность этой была более привлекательной. 
     - Кто посылает тебя сюда с едой? – был его первый вопрос. 
     - Никто, эта моя обязанность. 
     - И кто же возложил на тебя такие обязанности?
     - Я медсестра и порой должна выполнять подобные поручения. 
     - А что еще входит в твои обязанности?
     - Ухаживать за больными, следить за их самочувствием, выполнять поручения врачей и прочее…
     - Как ты думаешь, я все еще болен?
     - Я этого не знаю.  Почему бы тебе не спросить об этом доктора Нома?
     - Ты не ответила на мой вопрос. 
     - Я не вправе говорить тебе этого, только доктор…
     - Он мне не нравится. 
     - Почему?
     - Он говорит больше, чем думает. 
     Женщина удивленно приподняла бровь. 
     - По-твоему, он должен больше думать?
     - Да, человек, который способен думать, менее болтлив. 
     - Я это учту. 
     - Это правило не распространяется на женщин. 
     - Это почему же?
     - Сколько бы они ни думали, они все равно… – Ян внезапно запнулся, осознав, что своими словами может обидеть собеседницу и лишиться ее доверия, а значит, упустить информатора. 
     - …они все равно сболтнут лишнее? – докончила Кумико изречение пациента. 
     Шэн покраснел, но подумав, что молчание только подтвердит предположение женщины, добавил:
     - Я не это имел в виду. 
     Медсестра рассмеялась, и ее красивое лицо осветила очаровательная улыбка. 
     - Знаешь, Ян, я не так уж глупа и понимаю многое.  Но я не держу на тебя
     зла.  За многие годы мне довелось увидеть здесь разных людей, и, признаюсь, более странного, чем ты, я еще не встречала. 
     - Сколько же лет ты здесь живешь?
     - Живу? Я здесь только работаю. 
     - Работаешь?
     - Да, и получаю за это жалованье. 
     - И кто же тебе платит – император?
     Кумико опять рассмеялась. 
     - Ян, в каком же веке ты живешь? Времена императоров уже давно прошли. 
     Народ сейчас сам избирает главу государства. 
     Шэн был потрясен услышанным. 
     "Мятеж! Наверняка У Гуан спасся от рук солдат и поднял восстание, – подумал юноша.  – Но как ему удалось совершить переворот в столь кратчайшее время? А может, времени прошло слишком много?"
     - Как долго я пребываю здесь?
     - Где-то около недели… наверное… Я точно не знаю. 
     - Когда же Гуан успел поднять бунт? – спросил Шэн скорее себя, нежели
     собеседницу. 
     - У Гуан? Ты его имел в виду?
     - Ты его знаешь? – поразился пациент. 
     - Конечно! Кто же его не знает? Он ведь наш национальный герой.  Они
     вместе с Лю Баном и еще кем-то, точно не помню, подняли восстание и свергли с престола династию Цинь. 
     "Лю Бан? – задумался Ян, и вспомнил слова У Гуана, сказанные им до того, как они расстались, – …там тебя встретят наши люди – Кай и Лю… Вероятно, он один из повстанцев". 
     - И что же произошло потом?
     Медсестра положила миску на поднос и собралась уйти. 
     - Постой, Кумико, расскажи мне, что произошло потом?
      Лучше спроси, чего только не произошло? – шутливо отозвалась та.  – Я не историк, Ян, и вряд ли смогу пересказать тебе историю тысячелетий, – она подошла к двери.  – Прости, у меня сейчас нет времени на разговоры.  Когда принесу тебе ужин, тогда и продолжим беседу. 
     Она ушла, оставив юношу в смятении и тревоге.  Он был потрясен, шокирован и просто сражен услышанным.  Однако, подумав немного, решил не воспринимать слова Кумико всерьез, так как к слабому полу он не питал большого доверия.  Она могла все выдумать про Гуана, бунт и падение династии Цинь, и причину ее лжи Ян видел в его первоначальном отзыве о женщинах.  Возможно, вся эта история была нарочно выдумана Кумико в отместку за его неуважительное отношение к слабому полу. 
     Вскоре после ухода медсестры к больному наведался лечащий врач.  Узнав от Кумико об их разговоре, доктор надеялся на такое же откровение и с ним. 
     Ян не симпатизировал этому человеку, однако болтливость его в сложившейся ситуации могла бы сыграть ему на руку.  Юноша больше не притворялся спящим, не отворачивался от доктора, и даже принудил себя улыбнуться ему.  Такое отношение пациента пришлось по душе Номе и, сев возле койки, он первым начал разговор:
     -Рад видеть тебя в хорошем настроении, Ян.  Наверное, ты осознал, что
     мы не желаем тебе зла, – доктор выдержал паузу.  – Ну, а если между нами исчезли прежние барьеры, надеюсь, ты будешь откровенен и немного расскажешь о себе?
     - Согласен, но сперва попрошу вас ответить на мои вопросы. 
     - Я слушаю. 
     - Вы знаете У Гуана?
     - Гуана? Нет, что-то не припомню… или, постой… кажется, я читал о нем в
     детстве… Да-да, я точно помню это имя… Сдается мне, что он был одним из вождей повстанцев, поднявших мятеж. 
     Шэн невольно охнул.  Огорчение и разочарование запечатлелись на его лице. 
     - А Лю Бана вы тоже знаете?
     - Да, конечно! Это же основатель династии Хань. 
     - Ага! Значит, снова правит император?! – воскликнул Ян, полагая, что раскрыл ложь медсестры.

Элизабет Тюдор ©

05.11.2007

Количество читателей: 32527